Черногория, куда теперь гражданам России в сезон (до 31 октября) можно приезжать без визы на 90 дней (раньше надо было каждый месяц выезжать, а теперь — по истечении трех), с каждым годом претерпевает изменения.
Вектор этих изменений понятен. Если раньше страна зарабатывала на самых дешевых туристах — к примеру, косоварах, которым сдавали койки по евро в сутки, потом — на россиянах и украинцах, с которых можно было содрать уже по 50-60 евро за комнату или продать им дом, то теперь — на самых богатых: владельцах яхт, любителях гранд-отелей и дорогой недвижимости.
Интересно, что процесс, начавшийся в двух «гетто роскоши» — в «деревне» яхтсменов Porto Montenegro и городе Тиват и на островке Свети Стефан, пошел распространяться за заборы. То есть заборы стали исчезать. Совсем недавно Porto, отделенный от города стеной, эту стену разрушил. Теперь и яхтенный порт, и отель Regent, и торговая улица с магазинами Tom Ford и Dries van Noten, и рестораны — все это с черногорским городом Тиватом объединено общей набережной.
Причем судя по качеству, с которым набережная сделана, по материалам, использовавшимся для строительства, по продуманности, новую тиватскую набережную строили за деньги акционеров Porto — Бернара Арно, Натаниэля Ротшильда и Олега Дерипаски — и по проекту архитекторов последнего. Кстати, на городской набережной даже фасады обновили и подмазали. В общем, собянинщина какая-то, сплошной урбанизм.
Слова «урбанизм» и «урбанизация» здесь, впрочем, употребляются в несколько ином смысле: повсюду стоят щиты с предложениями участков земли, и на этих объявлениях обычно приписано что-то вроде «участок урбанизирован». Имеется в виду не то, что по траве плитка уложена, а что нынешним владельцем получено разрешение на строительство дома.
Моя семья проводит лето на юге Черногории в Ульцине, про который тоже ходит много слухов. Говорят, что Большой пляж скупили нефтяные шейхи, и буквально завтра уже над Ульцином нависнут башни по сто этажей. А Porto — это «сильно» (по черногорским меркам) севернее.
Ульцинь — граница с Албанией, а от Тивата — сорок минут до границы с Хорватией. Решив посмотреть плоды тиватской урбанизации, я нашел повод — ужин с сербско-итальянской винодельшей Мариной Цветич в ресторане отеля Regent — и помчался по единственной нашей прибрежной трассе.
Пробок этим августом больше обычного. Не проехать без потерь через Бар, стоит Сутоморе, плетутся машины в Будве. Зато времени смотреть по сторонам — больше обычного.
Бывшее предприятие Сергея «укогонетмиллиардатотдурак» Полонского, а ныне комплекс Dukley Gardens, сильно «урбанизировало» развязку с поворотом на Цетинье — теперь напротив роскошного жилого комплекса столь же роскошный перекресток, владельцы Aman Sveti Stefan, лучшего на мой взгляд отеля всей Адриатики, открыли ресторан Nobu.
В будущем году грядет открытие новой марины (яхтенного порта) в местечке Порто Нови (неподалеку от Герцег-Нови), а еще через год там же — отеля One & Only. Местные рассказывают, что порт и отель строятся на деньги первой семьи Азербайджана. А еще эти слухи про Большой пляж.
На потребу владельцам недвижимости и яхт (а их больше и больше в водах Черногории) — много дорогого местного вина. Даже государственная винодельня, выпускающая бутылки по 3-4 евро, стала гнать «особое» вино по 50-60 евро.
Открылось несколько классных ресторанов (вроде Nobu или Dining Room в отеле Regent), пара пляжных клубов с лежаками по 100-150 евро в сутки, при отеле Regent строится Pool Residence — с огромным бассейном и квартирами, которые будут разве что не в воду выходить своими террасами.
Зреют намерения построить мост через Боку-Которский залив и скоростные участки дороги от границы с Хорватией до границы с Албанией. В сельпо теперь продается французское шампанское, а в табачных ларьках — сигары. В общем, жизнь преображается удивительным образом. А мы — пионеры Черногории — помним времена, когда обочины были завалены разодранными пакетами с мусором, а в магазинах не принимали кредитные карты!
Обо всем этом я думал по пути в Тиват, развивая на некоторых участках нашей приморской трассы скорость до шестидесяти километров в час. А, когда приехал в Regent и отдал ключи от своего старого джипа привратнику отеля, пошел смотреть набережную. Вернее, пошел гулять по знакомой мне набережной Porto Montenegro, и через пять минут, пройдя Порто насквозь, вышел — к своему удивлению — на городскую набережную. И как-то чрезвычайно поразился тому, как изумительно построенный Порто вдруг перетек в изумительно придуманную набережную города — к лежакам, резвящейся в воде молодежи, к душам и лоткам с мороженым.
Я, признаться, за двенадцать лет ни разу в самом Тивате не был, а вот теперь прошел туда из бывшего гетто и возрадовался. Возрадовался тому, как Черногория меняется.
И, кстати, Тиват оказался отличным городом, застроенным (во второй-третьей линиях) югославским курортным модернизмом 70-х годов, довольно хорошо сохранившимся и особо эффектными на фоне средиземноморского стиля самого Порто и свежеокрашенных домов, стоящих на городской набережной.
Ну, посмотрим. Урбанизм, так урбанизм. А в саду у нас инжир поспел.
Источник: cntraveller.ru
